Как определить, достаточно ли вашему ребенку грудного молока?
Как определить, достаточно ли вашему ребенку грудного молока?
Руководство по кормлению ребенка, ориентированное на возраст!
Руководство по кормлению ребенка, ориентированное на возраст!
Советская деревня с 1977 по 1980 гг. Записки сельского учителя (часть 3)
Советская деревня с 1977 по 1980 гг. Записки сельского учителя (часть 3)
Ротавирус у детей. Как защитить ребенка от желудочного гриппа?
Ротавирус у детей. Как защитить ребенка от желудочного гриппа?
В Житомире в детском саду воспитательница снимала со спящих детей золото
В Житомире в детском саду воспитательница снимала со спящих детей золото

Отдать ребенка в секцию борьбы — не лучший способ справиться с травлей

Мы спросили эксперта, как предотвратить ситуацию травли, как отличить буллинг от «непопулярности» и можно ли решить проблему, записав ребенка в секцию борьбы.

Отдать ребенка в секцию борьбы — не лучший способ справиться с травлей

Буллинг — одна из главных «болезней» современной школьной системы в России. По статистике, около миллиона учеников по всей стране каждый день отправляются на уроки, как на войну. Жертвой травли может стать любой ребенок, который хоть чем-то отличается от сверстников. Родители путают «непопулярность» ребенка в классе и буллинг: чем одно отличается от другого? И может ли первое перерасти во второе?

«Непопулярность» ребенка в классе и Буллинг: чем одно отличается от другого?

Для начала разберёмся с понятием «непопулярность». У этого слова возможны два значения. Одно из них нейтральное, и его смысл в том, что популярность попросту отсутствует. Ребёнка при этом никто не обижает, просто он не представляет особого интереса для класса или группы.

Другое значение имеет негативный оттенок: его контекст — «популярность со знаком минус». Так же, как фраза «Не люблю» может означать либо отсутствие любви, либо говорить о ненависти.

Что касается буллинга, то его смысл исключает двойственность. Это всегда знак минус — безо всякого компромисса. Нейтралитета в буллинге не существует — в том числе и для тех, кого принято называть свидетелями.

Более глубокий ответ на вопрос, чем непопулярность отличается от буллинга, дают сочетания двух факторов, которые направлены на ребёнка: это агрессия и внимание . Там, где есть любые два критерия, они создают матрицу, и получаются четыре варианта. В нашем случае это выглядит так.

1) Агрессии — нет, внимания — нет.

Это про непопулярность в её нейтральном смысле. Опасаться тут нечего. В педагогическом плане здесь важно как можно раньше определить таланты ребёнка и поддержать его в их развитии.

2) Агрессии — нет, внимание — есть.

Пожалуй, лучший вариант. Чтобы ребёнку остаться в этих рамках, необходимо развивать в себе уверенность и дружелюбие. Конечно же, с участием взрослых.

Если ребенку трудно и он готов принять твою помощь, обязательно помоги ему. При этом возьми на себя только то, что он не может выполнить сам. Остальное предоставь делать ему самому. По мере освоения ребенком новых действий постепенно передавай инициативу ему.

3) Агрессия — есть, внимания — нет.

Это уже про непопулярность в её негативном смысле. Отсюда до буллинга всего один шаг. Чаще всего агрессия здесь имеет тестирующий характер — группа наблюдает, как её участник или участница себя поведёт. Это очень важный момент, по существу, точка принятия решения, которая определяет дальнейшее развитие событий.

4) Агрессия — есть, внимание — есть.

Это и есть буллинг: агрессивное внимание к субъекту травли, которая имеет свои законы. Их важно знать, чтобы безопасно вывести ребёнка из этого процесса.

Отдать ребенка в секцию борьбы — не лучший способ справиться с травлей

Какие меры принять родителям, чтобы избежать возникновения ситуации травли? На какие сигналы надо реагировать в первую очередь?

Дети, которые становятся жертвами травли, обладают самыми разными качествами. Кроме одного — уверенности в себе. Эту черту характера надо культивировать в сыне или дочери с самого раннего возраста — способов для этого много. И ещё. Маленький человек всегда должен твёрдо знать: что бы ни случилось, родители защитят. Они на его стороне. Всегда. В такой обстановке доверия ребёнок уверен, что поддержка есть всегда. И, если почувствует, что самостоятельно не справляется с проблемой, всегда будет знать, с кем поговорить в первую очередь.

В своё время ко мне обратился мой старший сын, который тогда учился в шестом классе. Как оказалось, ему который день не давала прохода хулиганистая восьмиклассница — здоровенная девочка с уголовными замашками. Ситуация ухудшалась с каждым днём и начала принимать характер классического буллинга. Сам Юра эту задачу решить не мог — не хватало ни сил, ни жизненного опыта. Пришлось брать ситуацию в свои руки.

Как этологу мне было ясно, что на такую публику можно воздействовать лишь силой — если не физической, то силой авторитета того, кто в картине мира агрессора находится выше по иерархической лестнице. На такого человека удалось выйти без труда. Сработала теория шести рукопожатий (в том случае хватило двух), и проблема была снята за один день. Разумеется, это не универсальный рецепт, а лишь иллюстрация того, что доверие между родителями и ребёнком — мощное оружие против буллинга .

Ещё одно ценное качество — чувство юмора . Оно отличается от остроумия способностью пошутить, в том числе и над собой. Тем, кто может посмеяться над собой, насмешки уже не страшны: юмор здесь выступает как своеобразная прививка от троллинга. Вспомним, как создаётся иммунитет: в организм вводится ослабленная инфекция, и к ней вырабатываются антитела. Именно они защитят в случае вторжения уже настоящих патогенов.

Так и с чувством юмора. Представьте себе новенькую ученицу, которая с порога заявляет классу: «Всем привет, я Аня. Я рыжая и толстая. Сама об этом знаю, можно мне об этом не говорить, ничего нового не услышу. Да, я такая и есть, так что без проблем. Я понимаю в английском, но ни бум-бум в математике». И так далее. Можно не сомневаться — буллинг этой девочке не грозит.

Разумеется, жертвой травли становятся не только неуверенные в себе дети со слабым чувством юмора. Так сложилось в ходе эволюции, что стая или племя всегда изгоняли чужаков. В те времена это было оправдано: особь, которая резко отличалась от других, воспринималась как несущая опасность. Ею могли оказаться незнакомая болезнь, чуждый генофонд, риск вторжения и захвата, другая угроза.

Эта память и сейчас таится в глубинах палеомозга. Поэтому буллингу в первую очередь подвержены именно те, кто по какому-то признаку (вес, раса, зрение, цвет волос и даже успеваемость) отличается от прочих . Поэтому при вхождении в новый коллектив на первом этапе желательно ничем не выделяться и быть как все. Проверки «свой/чужой» будут, но в этом случае они не станут носить жёсткий характер и вряд ли перейдут в буллинг.

Разве не менее известно, что наблюдение за ходом собственной деятельности мешает этой деятельности, а то и вовсе ее разрушает? Следя за почерком, мы можем потерять мысль, стараясь читать с выражением - перестать понимать текст.

Отсюда рекомендации: в новом коллективе на первых порах надо занять «усреднённое» положение . Одеваться как все, иметь среднестатистический для этого класса телефон, получать средние для класса оценки, играть в те же игры и слушать ту же музыку. После того как дань эволюционному наследию будет принесена, и адаптация завершится, можно и нужно начинать усиливать и проявлять свои лучшие качества и превращать их в преимущества. Причём не только личные, но и ценные для класса или группы.

Что касается сигналов, то здесь принцип общий. Необходимо знать базовое поведение ребёнка и отслеживать отклонения в нём. Возвращение из школы в плохом настроении, заплаканные глаза, порча и загрязнение одежды, потеря аппетита, нарушения сна, внезапная замкнутость, необъяснимо появившийся интерес к боевым искусствам или оружию — всё это должно насторожить. Особенно если перемены в поведении очевидные, например, дочь с избыточным весом резко садится на строжайшую диету, а сын со зрением минус восемь категорически отказывается носить очки. Такие события уже не звоночки, а набат, звуки которого призывают к самым неотложным действиям по защите своего ребёнка.

Есть ли смысл поддаться буллингу? Например, у ребенка лишний вес, заикание… его дразнят из-за этого. Родитель предлагает ребенку привести вес в порядок, пойти к логопеду

Разумеется, нет. Единственный реально действующий способ борьбы за безопасную жизнь своего ребёнка — создание атмосферы абсолютной нетерпимости к травле. Поэтому при малейших признаках неблагополучия первым на этом пути должен стать кабинет директора. Моему младшему сыну повезло учиться в гимназии, где всё было именно так. При первых попытках устроить травлю булли вылетал из школы, как пробка из бутылки, — каким бы ни был статус родителей. Такие истории мгновенно становились известными, и долгие годы ничего подобного в гимназии больше не происходило даже в варианте «лайт» — спасибо мудрому директору с её политикой нулевой терпимости к буллингу.

Тем не менее, прямая обязанность родителей — помочь ребёнку избавиться от тех особенностей, которые действительно мешают жить: нормализовать вес, избавить от заикания и пр. Если, конечно, у сына или дочери есть на это собственная мотивация — давление здесь недопустимо. При этом следует помнить, что подобные признаки сами по себе часто являются следствием психологического неблагополучия и если не устранить истинные причины, то все действия будут напоминать лечение насморка носовым платком.

Отдать ребенка в секцию борьбы — не лучший способ справиться с травлей

Некоторые родители считают, что из ситуации травли можно выйти, отдав ребенка в секцию борьбы. Пойдет на бокс, карате, значит, сможет дать отпор. Насколько оправдана такая мера?

Однозначно и категорически — нет. Во-первых, это перекладывание на ребёнка всей ответственности за выход из ситуации. С таким же успехом ему можно дать в руки нож или топор и велеть при случае ими воспользоваться. Во-вторых, дело не в физической, а в духовной силе. Ребёнку, который слаб телом, но силён волей, никакой буллинг не страшен. А вот крепкому физически, но не уверенному в себе подростку, в такой ситуации придётся нелегко. Поэтому акцент прежде всего необходимо смещать на развитие в ребёнке уверенности в себ е. И, ещё раз подчеркну, главное звено в антибуллинговом процессе — это руководство школы (или спортивной секции, оздоровительного лагеря, художественного коллектива и пр.).

Совет детского психолога: Цените усилия ребенка, несмотря на то, достиг он успеха или нет. Когда вы взрослеете, то важен сам процесс, а не пункт назначения. Поэтому, как советует Карл Пикарт, забьет ваш ребенок гол в ворота противника, или выкатится он за пределы поля, – аплодируйте ему, выражая свое восхищение. Дети никогда не должны смущаться из-за попытки что-то сделать.

Всё это нисколько не противоречит возможности ребёнка заняться боевыми искусствами. Одно из лучших решений — айкидо . Философия этого красивого спорта в том, что силу противника нужно обратить в свою пользу. К тому же там нет соревновательности, что также хорошо подходит для детей, у которых от природы невысокий ранговый потенциал — именно они чаще всего и становятся жертвами буллинга.

Что касается силовых видов спорта, то там есть, по меньшей мере, три подводных камня.

  • Во-первых, секция бокса, карате или борьбы может оказаться новым полигоном для буллинга — слабый новичок, которого за ручку привела туда мама, просто идеальная для этого мишень.
  • Во-вторых, неопытность и недостаточные физические кондиции вряд ли позволят состязаться на равных со «старичками», и это может усугубить неуверенность в себе.
  • В-третьих, если факт занятий в такой секции станет известен булли, это ещё больше их раззадорит («Ну, покажи, чему тебя там научили!»), и ситуация грозит стать непредсказуемой.

Помимо айкидо, на пользу пойдут акробатика, плавание, общефизическая подготовка. Кстати, когда мальчик начинает обрастать мышцами (особенно если при этом укрепляется шея), степень его уверенности в себе достоверно возрастает. Конечно, при условии совершенствования его духа, и в этом процессе главная роль отводится родителям. В любом случае, спорт в детском и подростковом возрасте — это не панацея от буллинга, а отличное средство для укрепления тела и характера . И вот это уже совершенно точно снизит риск стать жертвой травли.

А если родители все же решили отдать ребенка на борьбу, не станет ли этот ребенок сам монстром и буллером?

К сожалению, такой вариант возможен. Простейший и хорошо известный всем пример — это дедовщина, которая встречается почти в любой армии мира. Новобранец, в полной мере хлебнувший все ужасы буллинга, во втором полугодии службы становится «дедом» и уже сам участвует в травле молодых солдат. Чем жёстче система, чем более она закрыта, тем уродливее протекает в ней буллинг. В самом худшем виде это происходит в детских домах, на втором месте находятся колонии для несовершеннолетних.

Впрочем, не надо думать, что всё это удел лишь маргиналов и трудных подростков. То же самое, но в более цивилизованной форме, мы можем увидеть и в самых аристократических учебных заведениях, включая знаменитые закрытые школы для мальчиков в Англии.

Бывшие жертвы чаще всего сами становятся булли при появлении в коллективе нового участника, который отличается от остальных по значимым для группы признакам: как правило, в сочетании с неуверенностью в себе и невысоким ранговым потенциалом. В этой ситуации вчерашний угнетаемый охотно «переводит стрелки» на новичка. Сам при этом становится активным участником травли и даже старается этим выделиться, чтобы получить одобрение от зачинщиков буллинга и обезопасить себя ещё больше.

Худший исход, когда жертва становится палачом уже не в переносном, а в самом прямом смысле слова. И пострадать здесь могут не только непосредственные участники травли. Расстрелы сослуживцев в армии и однокашников в школах — звенья одной цепи. Установлено, что 75% школьных стрелков в полной мере испытали на себе, что такое буллинг. Что касается армии, то любой офицер, не задумываясь, скажет, что этот показатель равен 100%. Поэтому последствия травли могут оказаться гораздо страшнее, чем трагедия одного мальчика или одной девочки — жертвы буллинга.

Не «нападаем» на ребенка всей семьей!

Отдать ребенка в секцию борьбы — не лучший способ справиться с травлей

Если родители узнали о ситуации буллинга, есть ли смысл сразу переводить ребенка в другую школу, не заморачиваясь психологическими разборками? Перевел и решил ситуацию. Или так не бывает?

Конечно же, это не выход, и начинать надо именно с тех самых «психологических разборок». И в первую очередь — со школой. Первый заход должен быть в кабинет директора: в большинстве случаев это намного результативнее, чем начинать с классного руководителя, завуча и школьного психолога. Срочно собирать школьный родительский комитет, приглашать на него представителей Министерства образования и комиссии по делам несовершеннолетних. Травля как огня боится гласности, однако этот процесс обязательно должен быть системным.

Подписывайтесь на наш канал VIBER!

Разумеется, одновременно нужен диалог с ребёнком . В первую очередь, необходимо снять с него вину и ответственность за буллинг, если такое чувство у него успело появиться. Показать, что вы полностью на стороне сына или дочери. Часто бывает смысл взять для него или неё паузу в учёбе и дать ему или ей возможность несколько дней побыть с семьёй. Именно с семьёй, а не в одиночестве — всегда следует помнить об опасности суицида у жертвы буллинга. Во многих случаях на пользу идёт встреча с зачинщиками буллинга и их родителями — конечно же, не в подворотне, а в кабинете директора или в той же комиссии по делам несовершеннолетних.

Понятно, что каждый случай индивидуален и определяется социокультурными особенностями. Так, в обстановке, где сильны и не контролируемы традиции АУЕ («Арестантский устав един» — название и девиз предположительно существующего российского неформального объединения банд, состоящих из несовершеннолетних) , апелляция к органам правопорядка может обойтись ребёнку слишком дорого, а значит, здесь необходимо искать другие пути.

О переводе в другую школу. В доцифровую эпоху это действительно срабатывало почти во всех случаях — особенно если в семье жертвы буллинга осмысливали весь опыт произошедшего и ещё на этапе перехода принимали меры, чтобы ситуация не повторилась. В эру интернета условия изменились. Географически ребёнок может переместиться, куда угодно, но при этом он остаётся в прежнем информационном поле, которое, в том числе, способно принести нежелательные для него сведения и в новую школу. Однако, как показывает реальная жизнь, такая ситуация практически всегда остаётся в гипотетической области, и кибербуллинг своего развития не получает.

В любом случае, ситуация радикально решается лишь тогда, когда в новой школе принята политика абсолютной нетерпимости к травле. Хорошая новость состоит в том, что таких школ (а также спортивных секций, кружков и других коллективов) становится всё больше — выбор есть, и если уж переходить, то туда. Большим шагом вперёд станет принятие на государственном уровне антибуллингового законодательства, которое поставит заслон этому явлению не только в школе. Благо, положительный опыт за рубежом уже имеется.

Герман Тепляков